Первое впечатление, что за дверью абсолютно ничего нет, оказалось неверным. Там была лестница. Каменная, винтовая, ужасно неудобная. Ступени будто специально сделали такой высоты, что приходилось либо семенить, часто перебирая ногами, либо прыгать через две сразу, рискуя налететь на ковыляющего впереди колдуна. Имелась и еще одна неприятность — своды местами неожиданно снижались, заставляя идущего сгибаться в три погибели. Надо было постоянно оставаться начеку, чтобы не разбить голову. Удивительно, но королю, который был почти одного роста с Хельги, кошмарная лестница никаких неудобств не доставляла: не то просто привык, не то пускал в ход колдовство.
Насколько глубоко завела их вниз отвратительная лестница, Хельги не представлял, от несметного числа оборотов у него начала кружиться голова. Помещение, в которое они пришли, уместнее было бы назвать катакомбами, нежели подвалом, как скромно отрекомендовал его хозяин. Здесь было сыро и жутко. Гулким эхом отдавались шаги и голоса. От недостатка воздуха факел в руке короля горел плохо, сильно коптил. Полумрак не смущал Хельги, но ледяные капли воды, время от времени срывающиеся с потолка и падающие точно за шиворот, раздражали ужасно. Утешало одно: стены здесь оказались не черными базальтовыми, как в надземной части замка, а обычными, из серого гранита — самого распространенного строительного камня Староземья. Они были неровными, плохо отесанными, но совершенно без швов: помещение не обкладывали камнем, а выдолбили в массиве породы.
От лестничной шахты на добрую сотню шагов тянулся коридор-штольня. По обе его стороны располагались наглухо зарешеченные камеры-ниши глубиной от полутора до трех шагов, мучительно тесные для тех существ, что сидели внутри, закованные в цепи из серебристого металла. Оковы причиняли тварям ужасные страдания — серая кожа под ними вздувалась гнойными волдырями. Чтобы лишний раз не причинить себе боль, пленники колдуна вынуждены были сидеть совершенно неподвижно. Голодные взгляды бледно-желтых, полных ненависти глаз провожали идущих.
— Нравится? — спросил король Дагард горделиво. — Восемьдесят три штуки! Отборные, один к одному!
Он был похож на торговца, расхваливающего свой товар. Только речь шла не об овощах или свежей рыбе, а о демонах-убийцах, взрослых, полных силы, крепнущей от голода и мучений.
— Хорошие демоны, — вежливо похвалил Хельги. — Крупные. Сами разводите?
Он болтал ерунду, потому что мысли его были заняты другим. Пора поглощать колдуна или еще не пора? Пожалуй, самое время, думал он с тоской. Свидетелей нет, гибель короля, если что, можно будет свалить на демонов-убийц… Хотя нет. Не свалишь. Над входом в каждую клетку горит желтым пламенем гексаграмма Соламина, надежно блокирует всепожирающую магию чудовищ…
Вдруг гексаграммы на стенах погасли, все разом. Вместо них зажглась одна новая, на полу. Колдун стоял внутри нее и пакостно ухмылялся, предвкушая удовольствие. Приятно будет посмотреть, как разделаются его доморощенные чудовища с опасным гостем. Пришелец грозный и могучий. Зато их — много! И им не впервой пожирать тварей своей породы. Каннибализм — обычное явление в среде демонов-убийц. Упрашивать не придется.
Ловушка захлопнулась, понял Хельги. Демоны накинулись на его астральное тело с истеричной яростью, спешили урвать свой кусок, опередив соседа по несчастью. Они тянули, кромсали, рвали на клочки его сущность. Это было ужасное ощущение! Хуже, чем постель с клопами!
— Пшли прочь! — велел им подменный сын ярла. — Отвяжитесь, не то сам всех сожру! Подчистую! Ни одной ниточки на развод не оставлю!
Разумеется, он ни при каких обстоятельствах не собирался так поступать. Но демоны-убийцы этого знать не могли. Угроза подействовала — отпрянули, затаились.
— Хорошие демоны, — опять похвалил он. — Злые. Сами воспитываете?
Колдун уже осознал, что замысел не удался. Охранные символы на стенах вспыхнули вновь, звезда на полу погасла… И тут Хельги догадался, как надо поступить.
До нападения демонов он чувствовал себя неловко. Убивать того, кто не сделал тебе лично ничего дурного, кто доверяет тебе и обращается как с гостем, — стыдно! Даже если осознаёшь историческую необходимость такого поступка. Но вероломство хозяина развязало Хельги руки и очистило совесть. В три прыжка догнал он улепетывающего по коридору короля, ухватил за шкирку и рывком, прямо сквозь серую каменную стену, затолкал в ближайшую камеру:
— На! Жри!
Опытному колдуну на начертание спасительной звезды Соламина требуется не более шести секунд. У Дагарда не было даже этого времени. Демон рванулся навстречу добыче, не обращая внимания на боль в скованных конечностях. Острые как кинжалы клыки впились в беззащитное горло. Раздался треск раздираемых сухожилий. Потом хлюпанье, чавканье, чмоканье. Этот демон питался не только сущностями…
Хельги брезгливо отвернулся.
Выбираться наверх по лестнице он не захотел, чтобы не пришлось объяснять придворным, куда подевался их король. Пошел по-сприггански, сквозь камень, вверх и вбок.
Направление, как оказалось, он выбрал очень неудачно. Нырнул из одной чуждой стихии в другую: угодил точно в замковый ров, полный протухшей за лето водицы. Оглушенный мучительным перемещением в толще породы, Хельги не сразу понял, что произошло, и, вместо того чтобы всплывать, некоторое время ползал по дну на четвереньках, будто заблудившийся, слепой котенок. Локти и колени вязли в иле, в ладони впивалась всякая дрянь вроде ржавых гвоздей, глаза не видели света сквозь донную муть.
От бесславной кончины в сточных водах подменного сына ярла спасли здоровые рефлексы. Когда кончился воздух в легких и разум отказал вовсе, тело само повело себя так, как того требовала ситуация. Шумно вынырнув посреди рва, Хельги подплыл к берегу. А потом долго карабкался вверх по скользкому глинистому склону. Полз, соскальзывал и снова полз… Примерно на середине пути под руку ему попался горизонтально торчащий металлический штырь. Пришлось приложить усилие, чтобы выдернуть его из глины, зато подниматься стало легче. Хельги вгонял находку в склон и по ней подтягивался все выше и выше. Выбрался кое-как!
— Няня, няня! Смотри! Болотник вылез! — Первое, что он услышал на берегу.
— Что ты, дитятко! Какой же это болотник? У них морды-то страшные! А это просто эльф в ров свалился! Спьяну, не иначе. А еще болтают: дескать, эльфы — народ непьющий! Тьфу!
— Извиняюсь, почтенная, где тут будет ближайший колодец? — галантно осведомился мнимый эльф.
Но нянька только взвизгнула, подхватила подол и бросилась бежать, увлекая за собой неповоротливого воспитанника. «Наверное, я совсем плохо выгляжу», — решил Хельги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
